04.08.2020

Вход

Реклама

Тренировочные будни биатлонистов на сборе в Рамзау – коварный снег, стертые ноги, шоколадная паста и ходячая Википедия.

— Света упала, — старший тренер женской команды Александр Селифонов выглядит испуганно. За его спиной по обледенелой трассе проскальзывают биатлонистки сборной. С неба сыплются белые крошки. Утренняя тренировка в разгаре.

— Сан Саныч, как Света? — волнуется на ходу Маша Садилова, едва успевая притормозить.

Барнашов слушает, садится за руль полноприводного «Фольксвагена» — только такие автомобили способны карабкаться в горку по скользкому грунту — и уезжает

— Все нормально, работаем, — успокаивает тренер, но сам, похоже, в этом не уверен. — Снега по трассе еще не везде хватает. Где-то трава вылезает, где-то лед. Слепцова в повороте на спуске не удержала равновесие. Ее Сергей Владимирович (тренер по физподготовке Ефимов. — PROспорт) на руках до ближайшей гостиницы понес, — объясняет он уже главному тренеру Владимиру Барнашову, который только что подъехал на тренировку.

Барнашов слушает, садится за руль полноприводного «Фольксвагена» — только такие автомобили способны карабкаться в горку по скользкому грунту — и уезжает. Спустя 10 минут он уже рулит в обратном направлении с расстроенной пассажиркой.

Тренеры осторожно обсуждают возможные диагнозы. На перелом, кажется, не похоже.

— И вроде ж не быстро ехала, — сокрушается Сан Саныч. — На первом снегу куда торопиться? Тут нужно постепенно, осторожно вкатываться. А у Светы вообще в этом году какое-то особое притяжение к земле — второй раз за предсезонку сильно падает. Но, надеюсь, ничего страшного.

И правда — ничего. Не дав тренерам основательно порасстраиваться, знакомый «фольксваген» возвращается уже с двумя пассажирами. Света поправляет эластичный бандаж на бедрах и немножко морщится от боли, но решительно надевает лыжи, на­ушники и отправляется на трассу.

— Лучшее лечение — это работа, — улыбается вслед врач команды Алексей Кузнецов. — Обычный ушиб, бывает.

Для спортсменок доктор Кузнецов — человек новый, зато тренеры — Барнашов, Селифонов, Медведцев — прекрасно знают его еще по работе со сборной в 90-х.

Света поправляет эластичный бандаж на бедрах и немножко морщится от боли, но решительно надевает лыжи, на­ушники и отправляется на трассу

— Алексей Яковлевич — находка для нас, — рассуждает Барнашов. — Один из опытнейших спортивных врачей в России, почти всю жизнь в циклике проработал, в биатлоне, в лыжах. А в Пекин с фехтовальщиками ездил.

— С командой уже сработался?

— Да он только первую лекцию прочел — все девчонки его были. Настолько для них по-новому прозвучало, что таблетки, например, — это в основном работа на унитаз.

Рассказывает Кузнецов, и правда, занятно, свободно перемещаясь с медицинских тем на житейские байки о спортсменках-гермафродитах. Обсуждение волшебных свойств эритропоэтина приходится прервать на полуслове: биатлонистки пробежали 30 положенных по плану километров и спешно одеваются.

— Как же мне новые ботинки натерли! Ужас! — жалуется Ольга Медведцева.

Кузнецов парирует:

— А в армии так: натер ноги — наряд вне очереди!

Последней в микроавтобус забирается задержавшаяся на трассе Света Слепцова — потерянные из-за падения 15 минут тренировки компенсированы.

На вторую за день тренировку, стрелковую, девчонки идут шумной толпой, не торопятся, смеются. Светлана Слепцова и Ольга Медведцева чуть подотстали, что-то живо обсуждая по дороге на стрельбище:

Слепцова мажет. Медведцева закрывает все пять мишеней и победно вскидывает руки — банка шоколадной «Нутеллы» заработана честной стрельбой

— Оля со Светой очень сдружились за последнее время, — комментирует Александр Селифонов. — И вообще после Кореи команда сплотилась. Такая домашняя атмо­сфера.

— Новые люди — например, присоединившийся к вам в этом сезоне тренер Леонид Гурьев — ее не нарушают?

— Наоборот, полегче стало.

— А специалиста по стрельбе Александра Куделина, который приезжал к вам на сборы, как приняли?

— Нормально. Чем больше информации, тем лучше.

— Не воспринимали его как конкурента?

— Нет. Он со своей стрелковой колокольни смотрит, а в биатлоне есть своя специфика. Куделин сам это быстро понял. Биатлонисты же сразу после физической нагрузки стреляют, должна быть мгновенная реакция. И такой устойчивости, как у профессиональных стрелков, нет и не будет.

— Сан Саныч, — прерывает мерный треск выстрелов Ольга Медведцева. — Не нравятся мне эти патроны, они какие-то сухие.

Сан Саныч молчит. Улыбается в усы.

— Ну что я, не знаю, какие мне патроны нужны? — настаивает Медведцева.

Сан Саныч молчит. И продолжает улыбаться.

— Ну достаньте мне такие, которые точно в цель летят, — теперь уже распускается в улыбке и Медведцева.

— Мать, давай на банку пасты, кто больше из пяти выбьет, — предлагает Медведцевой пари Слепцова.

Ольгу уговаривать не надо, тем более что тренировка закончена. Щелк — раз, щелк — два и три. Слепцова мажет. Медведцева закрывает все пять мишеней и победно вскидывает руки — банка шоколадной «Нутеллы» заработана честной стрельбой.

Вместе с тренерами мужской сборной за работой спортсменов на рубеже внимательно наблюдает пожилой господин в черном драповом пальто. На фоне курток и кроссовок он выглядит слишком затейливо

— Приходите ко мне вечером чай пить, — приглашает коллег ничуть не расстроенная Света.

— А шоколадная паста к чаю разрешается? — интересуюсь я.

— Нам доктор сам по вечерам шоколадки раздает, — объясняет за всех Маша Садилова. — Он говорит, что есть можно все, только в меру. И, между прочим, ни у кого никаких проблем с весом.

Вместе с тренерами мужской сборной за работой спортсменов на рубеже внимательно наблюдает пожилой господин в черном драповом пальто. На фоне курток и кроссовок он выглядит слишком затейливо. Может, местный бюргер решил раз­веяться перед ужином? Странно.

— Это Владимир Федорович Суслопаров, — снимает мой вопрос тренер мужской команды Юрий Преображенцев. — Один из разработчиков ижмашевской винтовки «Би-7». Приехал с оружием помогать. Железу ведь уход нужен. У сборников в основном «Аншутцы», но Владимир Федорович уже и в них основательно разобрался.

Чуть в стороне от тренировочной суеты, укрывшись от внешнего шума в наушники, стоит новый доктор команды Максим Елизаров. Шесть последних лет он работал в юношеской сборной по хоккею, а теперь отвечает за здоровье взрослой команды, да еще и в циклическом виде спорта.

— Как так вышло? — спрашиваю.

— Когда я отчитывался за прошлый сезон в Министерстве спорта, мне предложили попробовать себя в биатлоне. Правда, собеседование у Елены Аникиной поначалу не прошел — не знаю английского. Но потом позвонили и сказали, что еду с командой на первый сбор.

— Не страшно было — после всех этих скандалов?

В гостиничном ресторане пустынно. На большом столе уютно булькает электрический самовар. В углу на диване устроился Максим Чудов — разговаривает по скайпу

— Допинг есть во всех видах спорта. Просто биатлон на слуху.

— Новости WADA ежедневно читаете?

— В этом нет необходимости. Но список на 2010 год уже распечатал, изучаю.

— Что там нового?

— Ну, например, запрещенным стал псевдоэфедрин, который мониторили с 2004 года. В Америке он спокойно продается в аптеках, им запросто пользуются спортсмены, а в России это наркотическое средство.

— Какие-то медицинские ресурсы просматриваете?

— Конечно. Жаль, что лучшие из них — на английском.

— Может, выучить язык?

— Я учу. У нас на нескольких сборах преподаватель был. Каждый день с нами занимался по часу. Теперь вот сам продолжаю по учебникам. Было бы здорово с Аникиной на Олимпиаде по-английски заговорить.

В гостиничном ресторане пустынно. На большом столе уютно булькает электрический самовар. В углу на диване устроился Максим Чудов — разговаривает по скайпу, в соседнем зале то же самое делает Николай Круглов. В холле две молодые девушки шуршат по клавиатуре ноутбуков. Приятно познакомиться — Ася Губейдуллина и Оксана Сироткина, team-менеджеры двух сборных команд. Ася отвечает за девочек, Оксана за мальчиков.

Сонную тишину нарушает звонок гостиничного телефона. Хозяева отеля, видимо, возятся на кухне — трубку взять некому.

— Не могу спокойно реагировать на телефон, — замечает Ася. — Все время хочется взять трубку.

Но телефон умолкает. Зато звонит Асин. Уже примерно сотый раз за день.

— Вот такая здесь была погода два дня назад, когда мы приехали, — показывает Ася выложенные в Facebook фотографии окрестных пейзажей. На них все, что сейчас занесено снегом, ярко- зеленое.

Барнашов: «Первые несколько месяцев ездил по сборам, присматривался. Даже думал в какие-то моменты, не зря ли в это дело ввязался. А потом — раз — будто перещелкнуло, и я все понял»

— А позавчера был такой ливень, мы промокли насквозь, пока пешком шли пять километров из центра города сюда, — добавляет Оксана. — В такие моменты нет-нет да и подумаешь: зачем мне все это нужно?

— И действительно, зачем?

— Интересно. Еще три дня назад я почти никого из команды не знала, а теперь уже всех моих мальчиков люблю. Вот Витя Васильев очень спортом интересуется, за футболом следит. Его поэтому Википедия зовут. А Леша Волков по компьютерам специалист — ему все свои ноутбуки несут, если что.

— А в чем заключается твоя работа?

— Не считаю, что моя работа публичная. Говорят пусть спортмены, тренеры, Сергей Валентинович (исполнительный директор СБР Кущенко. — PROспорт). Моя задача — обеспечить комфортные условия проживания, питания, тренировок, восстановления. Но это не значит, что я могу ответить на вопрос, почему сегодня собрание, — это у тренеров надо спрашивать.

Сегодняшнее собрание, оказывается, организовал главный тренер команды Владимир Барнашов:

— В рабочем режиме обсудили какие-то моменты. У меня были вопросы, у спортсменов тоже. Ребята хотели больше участвовать в обсуждении тренировочного процесса.

— Это нормально?

— Почему нет? Когда я работал в сборной, мы могли по полтора часа спорить с Чепиковым, но если уж он соглашался, то все — главным было следить, чтобы не перетренировался.

— Интересно. Идея с приглашением психоаналитиков вам тоже кажется полезной?

— Да, если к ней серьезно подойти. В наше время тоже были психологи, или как их лучше назвать — которые рукавичкой в кустах махали, флюиды пускали. Специалисты, которых мы пригласили в команду, работают совершенно иначе. У них очень нестандартный подход. Они помогали сборной по фехтованию на пекинской Олимпиаде.

— Сейчас они работают с коман­дой?

— Эта работа не явная, но она идет. Они поговорили с тренерами, чтобы понять, чего мы хотим от каждого спортсмена и в чем его проблема. Теперь их задача — найти ее истоки.

— Сергея Кущенко пришлось убеждать в необходимости приглашения психоаналитиков?

— Да. У Сергея Валентиновича в голове есть четкое представление, как должен быть организован тренировочный процесс — от сна до окружающей спортсмена обстановки. И любую идею ему нужно доказать. Про психологов он мне так и сказал: «Вот я спортсмен — убеди меня, что это необходимо».

— Вам нравится такой стиль общения с руководством?

— Поначалу у нас жестко отношения строились, но потом мы друг друга поняли. Если ты не можешь объяснить и доказать свою точку зрения, значит, ты не готов реализовывать идею.

Барнашов: «Теперь у меня уже азарт появился, спортивный интерес — надо попытаться что-то сделать. Чтобы, как у Матроскина, заработало!»

— Идей много?

— В олимпийский год, понятное дело, все внимание только на Игры. Но, по сути, Ванкувер — это уже состоявшееся. Задачи, которые мы себе ставим, глобальнее, и они ориентированы на Сочи-2014 — до этих Игр есть время создать более совершенную систему биатлона, начиная с детских школ и заканчивая главной командой.

— Это вы еще в Омске, где работали последние годы, такую обширную программу наметили или за полгода работы главным тренером сборной ее составили?

— Первые несколько месяцев ездил по сборам, присматривался. Даже думал в какие-то моменты, не зря ли в это дело ввязался. А потом — раз — будто перещелкнуло, и я все понял. Мне хоть и говорят, что сейчас все по-новому, но на самом деле мы просто забыли старое. Теперь у меня уже азарт появился, спортивный интерес — надо попытаться что-то сделать. Чтобы, как у Матроскина, заработало!

PROспорт № 21 (136)

23 ноября – 6 декабря
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/prosport/53391.html

 
created by neonix 2005